***

Я лежал на полу, уставясь в отражающий меня натяжной потолок, лежал неподвижно и не отвечал на настойчивые просьбы кота покормить его и убрать за ним. Мне вдруг вспомнилась сцена из фильма «Вечное сияние чистого разума», и я несколько раз развел руками, тревожа поддиванную пыль и скатавшуюся шерсть. И в тот момент, когда я был больше всего похож на нелепого Джима Керри, а кружащийся над паркетом пух особенно красноречиво напоминал об отсутствии Кейт Уинслет, я, сам того не желая и не думая об этом, мысленно перевернул себя в пространстве и ощутил какое-то странное покачивание — как будто бы я уже не … Continue reading ***

День рождения

Ты помнишь тот день в ясном июне какого-то из ранних двухтысячных? Когда небо было вот так же по-маяковски голубо и по-вознесенски розовозево, когда так же блестели стекла в высотных окнах и торчали застывшие сборчатые шторы хрущевок, когда ты праздновал свой — семнадцатый, кажется, — день рождения. Сидели на полу кухни, расположившись по линолеумным клеточкам: Антон, Иван, Борис э муа, шутили и стряхивали — что важно — каждый — в доставшиеся — что характерно — далеко не каждому — большие родительские черные пепельницы — летучий и ничего не значащий в исторических масштабах, но дающий своеобразное чувство причастности со штучных сигарет сиюминутный … Continue reading День рождения

Свет

Я смотрю на сенсационную карту чужой планеты со скромными кратерками и большой белой протертостью в центре, растянутую серую колготку на длинной бессолнечной ноге. Смотрю и думаю — вот они все где, черные архангельские ночи, ведра клюквы и папины дочки, зажеванные кассеты и шипучие первые банки колы, опорожненные под шелковистыми подмосковными елями в зимнем послешкольном безмолвии. Вот оно, мое детство, где столько всего произошло, столько глобальных трагедий и каждодневных апокалипсисов, вот все наши прогулянные уроки и даже парочка уже институтских обжималок в раздевалке — все это здесь, в виде развернутой передо мной, как это называется, эквидистантной проекции с размытыми краями и … Continue reading Свет

Создатель

Внезапно ученые устанавливают — со 100% достоверностью, — что первоисточник жизни на Земле представлял собой бесформенный кусок желе с корочкой, отдаленно напоминающий брус смоленского сала с кожицей. Ну, так получилось, что он попал на Землю, с него сползли какие-то никчемные штуки, промерзлые обрывки РНК, попали в воду, где уже плавали готовые для них нелепые пузырьки из липидов, гурьбившиеся в раннем мировом бульоне в ожидании способа воспроизводиться, произошла историческая встреча, все слиплось, сложилось, среагировало, и пошел отсчет органической истории мира, от цианобактерий до циничной сучки с розовым золотом шесть эс в потном вагоне на кольцевой. И вот теперь как-то нужно это увековечить. … Continue reading Создатель

Триколор

В преддверии большого праздника на улицах появились доступные припопсненные символы власти: флажки в руках экстравертных парней-раздатчиков, растяжки над дымным шоссе, пара билбордов, побитые дождем флаги на фасадах домов, внедренные тренированными иногородними альпинистами в ржавенькие держатели, где, кстати, с зимы скопилось прилично пыли и даже залетела пара бычков с верхних этажей. Над всем этим, мелким и мигающим, возвысилась Останкинская башня, одетая праздничной иллюминацией, ультиматной формой патриотизма в виде светящихся колец, плавно меняющих цвет в до сих пор не выученной последовательности и откладывающихся в памяти — хотя бы у небольшой части жителей — хотя бы районов Ростокино и Алексеевского — хотя бы … Continue reading Триколор