Стой, иди сюда

Когда ты решаешь, что в прошлом уже ничего не осталось, что ты его отжал все, все вспомнил и добела выскоблил, вместе с его крышами, вокзалами, сосисками в тесте и застывшими лужами на асфальте, внезапно вспыхивают ярко-зеленым светом окна спортзала во второй школе, той, что возле шоссе, останавливается машина, хлопает багажник, через дырявую сетку школьного забора просеивается июньское солнце, из прозрачности появляется городской хулиган и говорит тебе, стой, иди сюда. Два противоречащих друг другу императива, сами по себе уже внушающие страх, соединенные во всевластный оксюморон, который немедленно повергает любого в состояние паралича воли. Сюда иди, говорит он, жуя. Иди сюда. Иди … Continue reading Стой, иди сюда

Куличи

Я помню, как лепил куличи — где-то между тремя и тремя с половиной, в песочнице во дворе перед домом. Дом был заоблачен, двор был огромен, воздух наполнял его, мужчины и женщины опустошали, воздух был прозрачен, облака шершавы, слова обрывчаты, Германия и США то круглы, то угловаты, мир то прочен, то ломок, как шоколадная конфета с ликером, случайно попробованная с родительского стола и ставшая навсегда синонимом разочарования. Не понимаю, почему, но была необходимость это делать — лепить куличи. Было абсолютно нужно черпать слегка слипшийся и смешанный с глиной песок, который щетинистые мужики, переставшие быть детьми, ссыпали из кузова оранжевого самосвала, не … Continue reading Куличи

Красота

Красота — c’est ça: концерт №2 для фортепиано с оркестром Сергея Рахманинова, справляющий малую нужду у обочины мужчина, наивно предположивший, что тут-то в этот час его точно никто не застукает, когда ты внезапно появляешься из-за поворота на твоем винтажном голландском велосипеде, весенний вечер, прохладный, четкий, розовый, нежный, такой совершенный, что хочется сказать vesper, на языке оригинала, где такие вечера были все или почти, розовый дымный градиент, башни города на горизонте, такой плавный переход от розового к оранжевому и дальше к синему, что кажется, фейк, такого не бывает, ты хочешь сказать, хочешь сказать, это фильтр, не бывает такого неба в реальности, … Continue reading Красота

***

Мошка, роящаяся летним сельским вечером в просветах между электрическими столбами, кривоватыми и сучковатыми, в ало-синих и черноплодно-малиновых пространствах между деревьями, над черной гладью реки с курящимся туманом и вдоль прямолинейного шоссе, где над нагретым за день зернистым асфальтом дрожит пронизанный редкими огоньками фар и придорожных дач прозрачный воздух с запахами навоза и костра, кое-как заполняющий пространство между двумя синими горизонтами, между двумя фигурами, между полузакрытыми глазами и потрескавшимися губами, которые пытаются что-то объяснить, но получается бестолково, выходит что-то бессвязное, какие-то запутанные фразы, а потом операторы Паскаля, декларации модулей, кавычки открываются, строка всего двести пятьдесят шесть символов, что можно сказать двумястами … Continue reading ***

Люблю

Был солнечный день, пахнущий кострами, горячим толем, мусором, колбасными изделиями, фруктовыми жвачками, новыми кроссовками и одеждой из гуманитарной помощи. Когда классная положила на мою парту два листа продовольственных талонов (всего 24 штуки) и начала удаляться, продолжая свой символический посев, я схватил их стал считать. Значит, на один я куплю пакет ирисок в столовой (целый полукилограммовый пакет на один талон!), еще на один шоколадку «Wispa» в мягкой золотистой фольге с застывшими пузырьками воздуха внутри — поэтому «воздушный шоколад» — которые на мгновение оживают, когда кладешь кусочек в рот и начинаешь жевать — не то чтобы приходят в движение и улетают, понятное … Continue reading Люблю

Она

Я эгоист. Я всегда думаю, что это она. Что это она надела (медленно) свои черные скинни джинсы, те же, что на нашем первом свидании, почти отстраненно следя за своими движениями в зеркале, упаковала несколько смен белья, флакон моих любимых духов, плитку горького шоколада с ментолом и легкой эротической коннотацией, новогоднюю открытку и минимум личных вещей в маленький чемодан — такой маленький, что его и чемоданом-то не назовешь — застегнула молнию на пуховике, который, ничего не попишешь, неуклюж и не шуба, но необходим, потому что иначе заледенеешь, собрала волосы в пучок и опустила руку в карман, чтобы нащупать холодную карточку на … Continue reading Она

Новогодний подарок от Станислава Пауэра

Этот пост, включая вступление к нему, я откладывал много лет. Не знаю, почему — наверно, потому что— или потому что— или еще потому что— Потому что эта странная штука, в которой мы живем, и которая время от времени наполняется стремными словами, непонятными вещами и плохо поддающимися анализу событиями, эта штука иногда оказывается настолько запутанной и притягательной, что кажется, нужно уделить ей все внимание, а остальное — потом. Но это все на самом деле чепуха. Эта штука, в которой мы живем, она полна незаслуженного хайпа. А настоящий фан, как вы, возможно, успели забыть — у Станислава Пауэра за пазухой. Итак, мой … Continue reading Новогодний подарок от Станислава Пауэра

Электричка

Поздняя подмосковная электричка, в которой ты — последний пассажир. Ты и машинист, отделенный от тебя десятью вагонами. Машинист, который, как летчик, слушает тишину и слышит, как к привычному дребезжанию его машины примешивается еще какое-то, чье-то чужое, не механическое. Машинист, который, может быть, тысячу лет не видел живого существа, который пережил все биологическое разнообразие на этой планете, машинист слушает и щурится, потому что не верит, не верит, что кто-то вошел и сел на деревянное сиденье, с легкой бесцеремонностью положив свой рюкзак рядом — в вагоне никого нет, и можно хоть лечь, но он предпочитает все же сидеть, этот загадочный кто-то, потому … Continue reading Электричка

***

Дедушка, пивная, зелень, дом пионеров, асфальт, тени, дома наклоненные, дома прямые, звук электрички, скрип двери вокзала, скрип половиц, эхо скрипа в зале ожидания, эхо эха, зал, солнце, просеянное через мозаику, ожидание, запах дерева и краски, свежих и древних, заложенных еще е то время, когда была красная конница, когда был, а потом перестал царь и точки над «и», когда мужчины в скрипучих кожанах смотрели в лицо другим мужчинам в бледной коже и больше ни в чем, и звук зажигающейся спички в душной комнате, полной пыли и бумаг, был так многогранен и многозначен, что кажется невероятным, что от него остались только число, … Continue reading ***

Маленький сигаретный ларек

Маленький сигаретный ларек у подножия гигантского полусекретного НИИ, на слепой стене которого кирпичи сложились в не слишком точный рисунок — потому что времени не было, и потому что мускулы устали, и потому что гашиш был хорош — или что это была за дурь, — и еще немного потому что счастья были полные штаны, так говорил прапорщик, который потом вполуса критиковал, незло, по-отечески, потому что добрый: потому что знает, счастья полные штаны, потому что война кончалась, потому что пронесло, и теперь не отправят, потому что небо белое от облаков и слепящее от яркого солнца рвалось в дыры между бетонными сваями, в … Continue reading Маленький сигаретный ларек