На Марсе сейчас ничего нет. Жизни там никакой не осталось. Такой, чтобы можно было подойти и поздороваться. Только мелочь всякая роется по пещерам. И то не факт. Но – возможно, вероятно. О! О! О! О! О! В таком примерно фонетическом порядке покоятся на поверхности Марса обломки разных форм и размеров. И все-то наш земной очкарик елозит на стуле перед пыльным джпегом, выерзывает в этих каменюках античные промятины, высматривает какой-нибудь человечий скол. И тычет, тычет покалеченную клавиатуру, разламывает засохшие кофейные перемычки и походя кличет сильно увеличенную малышку Анджелину, стараясь не думать о недостатке наличных. Немногим позже, широкоплечий и неизлечимый, с одной … Continue reading Марс

Хлопают двери. – Идите на хер, Валерий! И Валерий спускается по лестнице, вьется вокруг зарешеченной шахты, низвергается в улицы к грохоту и вращению, укрощая в себе коня. Может быть, броситься под трамвай? Овладевает рельсом хардроковый водитель в очках робота-полицейского. Стегает до треску брусчатку блестящий рельс. Шлепки и чайный звон в депо, скрёб веток по стеклу на дальних остановках. Хохот, хрипота, бурливое хлопанье форток, суета в квартирах. Дробь колес. Трепет пыльных листьев. Шаг под уклон. Ветер с набережной. – Только попробуй! Понуро глядит Валерий на проплывющие мимо лица и пуза пассажиров. Отходит в кусты. Там ему говорят по телефону: – Идите … Continue reading Путешествие

Что-то мы с вами совсем забыли про Юб-таун. А там, между прочим, удивительные вещи происходят. Вернее, происходили. Ну, не важно. В 95-м году, когда я записал свой первый альбом каверов на Селин Дион, посвященный Леонардо Ди Каприо (главным образом его “Ди”), Гуманоид купил себе часы “Монтана”. Это были необыкновенные часы. Сверхчасы. В них можно было играть в футбол. Драться. Плавать. Глубина погружения была выведена большими объемными буквами прямо на циферблате и многократно повторялась на ремешке: “200 m”. “Двести метров под водой”, – говорил Гуманоид и глазами показывал на свою “Монтану”. У меня такой не было и не предвиделось, потому что … Continue reading Монтана и Горгаз

Юб-таун окружают высотные дома. Высочайшие домины со всех сторон обступили Юб-таун. Малым пятачком лежит Юб-таун в силовом поле высоченных магнитов. Монолитные глыбы будоражат Юб-таун, вытягивают горожан из пятиэтажек, растаскивают по полюсам – кого в офис, кого по инстанциям, а кто не имеет дел – просто выходит, сам не зная зачем и почему. Все волокутся по улицам Юб-тауна, и только велосипедист Семенов лежит на полу у себя в комнате и никуда не едет. Сор собирается вдоль линий магнитной индукции, огибающих тело Семенова. Разлитый кофе кристаллизуется на щеке Семенова безобразным пятном. Жена стоит поодаль на крепком каблуке и фокусирует на Семенове испепеляющий … Continue reading Животное

С лысого холма я наблюдаю закат. На горизонте шатается французский замок. Вокруг, насколько хватает глаз, бушует английская зелень, сияют маленькие озерца. Над головой снижается, роняя шайсе, державный орел. Неожиданно ветер осыпает заросли русским церебром, и сразу же остро ощущается отсутствие согбенных спин блюющих соотечественников. За моей спиной появляется путник. Я чувствую, что он очень долго шел сюда, ко мне. Не оборачиваясь, я вижу лохмотья, облепляющие ложбинки его худого тела. Позади него лежит бескрайний дол, промятый болотами, исчерченный следами животных. Плещется воздух, исчирканный комарами. Пыжится небо, словно необъятная свинья, накрепко увязшая в туманной хляби. Мой гость разбрасывает вокруг клочки бумаги. Но … Continue reading Замок