Верлибр

Sauve-moi

Jan

S’il te plaîtSauve-moiJe te parle des plis des nuagesEt je suis le poèmeQue tu veux écrire S’il te plaîtJe te parleDes trous de verdureDes rivières argentéesDes fissures des façadesEt leurs images maussadesQue corrodent les ondesDans un tonneau de pluie S’il te plaîtSauve-moiTiens-moiEmbrasse-moiBaise-moiAime-moiParle à moiOn est deux et le toutQui bruisse et entoureNe sait pas séparerLes poèmes des auteursLes auteurs des balconsLes regards des nuagesLes façades des troncs d’arbresQui ressemblent aux fissuresMais qui sont les figuresDans leur propre figementC’est pour ça que je demandeEn te voyant si petiteDans ta fenêtre ouverteQue bécote le soleilC’est de là que je parleC’est de là … Continue reading Sauve-moi

Мини

Мякиш

Jan

Запах хлебного мякиша и примешивающиеся к нему запахи мокрой травы и уклейки, которую ты поймаешь. Слух твоего уха и с невероятной легкостью врезывающаяся в него тишина близлежащей деревни, черной треугольными крышами и сетчатой неровными заборами. Черточки облаков и черты рыбаков, отражающихся в воде и отличающихся от других отражений своей неподвижностью. Блеск рыбьей чешуи, примешивающийся к блеску речной ряби, но все же отделимый от нее. Шаткий столб солнца на горизонтальной поверхности воды и круг того же солнца, неподвижно торчащий в бледно-голубом небе. Абразив лесов на горизонте, тщетно скоблящий в такт твоим шагам светлую джинсу небосклона, которая вопреки всему становится все более … Continue reading Мякиш

Верлибр

Лимонная долька

Jan

Лимонная долькаНеполной луныШершавый языкМолочного облакаКак бы говорящегоПодождиЯ еще не всеВ альянсе с печной трубойЗализывающий раныОставленные воспоминаниямиТелефонными книжкамиЛуч света длиной в тысячу человеческих жизнейПротянутый от маленькой планеткиГде кроме песочницы и брошенной игрушки ничегоКак бы говорящий приезжайПриезжай когда будешь полностью механическойПолностью искусственной но по-прежнему интеллигенциейПриезжай послушаем нашу музыкуПоболтаем о наших штукахПообсуждаем наших мужиковЛуна половинчатаяКрыша черепичнаяНевозможность представить себе другую Античность другие формы побережий другие racial issuesДругую кожу нежную чужой но в то же время не чуждой нежностьюНежность нерешительность стыд когда ошибаешься чатомРазве могут быть чем-то еще при условии что жизнь сложна и ржаное поле бесконечно или почтиСлучайные символыЖелание почесать носБелая черточка самолетаДвадцать тысяч … Continue reading Лимонная долька

Мини

Стой, иди сюда

Jan

Когда ты решаешь, что в прошлом уже ничего не осталось, что ты его отжал все, все вспомнил и добела выскоблил, вместе с его крышами, вокзалами, сосисками в тесте и застывшими лужами на асфальте, внезапно вспыхивают ярко-зеленым светом окна спортзала во второй школе, той, что возле шоссе, останавливается машина, хлопает багажник, через дырявую сетку школьного забора просеивается июньское солнце, из прозрачности появляется городской хулиган и говорит тебе, стой, иди сюда. Два противоречащих друг другу императива, сами по себе уже внушающие страх, соединенные во всевластный оксюморон, который немедленно повергает любого в состояние паралича воли. Сюда иди, говорит он, жуя. Иди сюда. Иди … Continue reading Стой, иди сюда

Верлибр

Не исчезай

Jan

Не исчезайЗай неисче-рпаемаяЗая мояЯ это тыТы это яИ ничегоНе надо намВ кармане па-чка сигаретТы позвониЯ отвечуМир так великТрамвай так желтЧто через снегВидно ползетЛюбовь внутриКак телеграфДевочки тушьТочки тиреЯ тебя люТы меня нетРХТУMGMTМилая тьмаМилый морозМилый вагонМило внутриТы напишиЯ позвонюВсе что внутриЭто любовьМне все равноЧто этот стихВыглядит какСтопка кассетРусской попсыЯ был неправЗая простиДай мне шанс оЛюбовь мояКак счастлив яБуду с тобойДа мне начхатьЧто этот стихТак непохожНа то что яРаньше писалА теперь нетПотому чтоМало ли чтоЗая корочЯ че хочуЭтим сказатьНе исчезайЕсли там чтоБомбы машинВосстаниеЧат джи пи тиГриб такой дыжТы набериЯ отзовусьЭто любовьНа-на-на-наДж-дж-дж-джБрейк крэш соло Continue reading Не исчезай

Мини

Куличи

Jan

Я помню, как лепил куличи — где-то между тремя и тремя с половиной, в песочнице во дворе перед домом. Дом был заоблачен, двор был огромен, воздух наполнял его, мужчины и женщины опустошали, воздух был прозрачен, облака шершавы, слова обрывчаты, Германия и США то круглы, то угловаты, мир то прочен, то ломок, как шоколадная конфета с ликером, случайно попробованная с родительского стола и ставшая навсегда синонимом разочарования. Не понимаю, почему, но была необходимость это делать — лепить куличи. Было абсолютно нужно черпать слегка слипшийся и смешанный с глиной песок, который щетинистые мужики, переставшие быть детьми, ссыпали из кузова оранжевого самосвала, не … Continue reading Куличи

Мини

Красота

Jan

Красота — c’est ça: концерт №2 для фортепиано с оркестром Сергея Рахманинова, справляющий малую нужду у обочины мужчина, наивно предположивший, что тут-то в этот час его точно никто не застукает, когда ты внезапно появляешься из-за поворота на твоем винтажном голландском велосипеде, весенний вечер, прохладный, четкий, розовый, нежный, такой совершенный, что хочется сказать vesper, на языке оригинала, где такие вечера были все или почти, розовый дымный градиент, башни города на горизонте, такой плавный переход от розового к оранжевому и дальше к синему, что кажется, фейк, такого не бывает, ты хочешь сказать, хочешь сказать, это фильтр, не бывает такого неба в реальности, … Continue reading Красота

Мини

***

Jan

Мошка, роящаяся летним сельским вечером в просветах между электрическими столбами, кривоватыми и сучковатыми, в ало-синих и черноплодно-малиновых пространствах между деревьями, над черной гладью реки с курящимся туманом и вдоль прямолинейного шоссе, где над нагретым за день зернистым асфальтом дрожит пронизанный редкими огоньками фар и придорожных дач прозрачный воздух с запахами навоза и костра, кое-как заполняющий пространство между двумя синими горизонтами, между двумя фигурами, между полузакрытыми глазами и потрескавшимися губами, которые пытаются что-то объяснить, но получается бестолково, выходит что-то бессвязное, какие-то запутанные фразы, а потом операторы Паскаля, декларации модулей, кавычки открываются, строка всего двести пятьдесят шесть символов, что можно сказать двумястами … Continue reading ***

Мини

Люблю

Jan

Был солнечный день, пахнущий кострами, горячим толем, мусором, колбасными изделиями, фруктовыми жвачками, новыми кроссовками и одеждой из гуманитарной помощи. Когда классная положила на мою парту два листа продовольственных талонов (всего 24 штуки) и начала удаляться, продолжая свой символический посев, я схватил их стал считать. Значит, на один я куплю пакет ирисок в столовой (целый полукилограммовый пакет на один талон!), еще на один шоколадку «Wispa» в мягкой золотистой фольге с застывшими пузырьками воздуха внутри — поэтому «воздушный шоколад» — которые на мгновение оживают, когда кладешь кусочек в рот и начинаешь жевать — не то чтобы приходят в движение и улетают, понятное … Continue reading Люблю

Мини

Она

Jan

Я эгоист. Я всегда думаю, что это она. Что это она надела (медленно) свои черные скинни джинсы, те же, что на нашем первом свидании, почти отстраненно следя за своими движениями в зеркале, упаковала несколько смен белья, флакон моих любимых духов, плитку горького шоколада с ментолом и легкой эротической коннотацией, новогоднюю открытку и минимум личных вещей в маленький чемодан — такой маленький, что его и чемоданом-то не назовешь — застегнула молнию на пуховике, который, ничего не попишешь, неуклюж и не шуба, но необходим, потому что иначе заледенеешь, собрала волосы в пучок и опустила руку в карман, чтобы нащупать холодную карточку на … Continue reading Она