Tag: love

Мини

Год рождения

Jan

84 — родной, похожий, как брат-близнец, блестящий, переливающийся, имеющий какое-то неуловимое общее качество с буханкой черного хлеба, которую тебе протягивают, теплую, завернутую в маслянистую бумагу, теплые руки рябой тети-хлебопекарши из теплого окна хлебопекарни возле залитого ослепительным солнцем пыльного железнодорожного переезда на раскаленном двухполосном шоссе где-то у подножия Парнаса. Ровный и гладкий, как лед, по которому скользишь, на мгновение выходя из утренней полудремы перед первым уроком, из разбавленной прозрачностью мглы, где бродят пушистые огни фонарей и прищуренные фары машин, полностью перенявших личность своих водителей. Родной и розовый, как румянец на щеках твоей возлюбленной, которую видишь в раздевалке, которую жаждешь и боишься … Continue reading Год рождения

Мини

Дома

Jan

Анвертик из зеленого дома — большого, с белыми наличниками, лежащего широкой татарской улыбкой на лазоревом просторе. Гуля — из того же дома, его младшая сестра, с носом-каплей и смоляно-черными волосами, губы блестят, глаза мелки, руки быстры, бабушка далека, но слышна: «Гульнара, яки көндезге ашка!» — «Не хочу, ба!» — «Татарча!» — «Не хочу!» — «Өйгә хазер ук, я сказала!» (К концу фразы переходит на визг.) Гуля идет домой. Ксюша из желтого дома, наполовину ярко-желтого, где живет она, наполовину выцветше-осеннего, где другая семья, с которой они (по каким-то запутанным юридическим причинам) делят дом, и про которых никто ничего не знает — … Continue reading Дома

Верлибр

Заря

Jan

В утра раннего зияющую пастьУходите голубые фонариЧтобы как пробудится заряПеред тем как разбудить цепных куряг Она смогла вами шевеляЗаквохтать провозглашая новый деньСиним воздухом из полноты жабоНатянув окошки малость набекрень И грассируя мотором в три утраНа восток километровый простеретьНервной дверью со дна улицы блеснувСвой язык или другую ерунду Что подумает несдержанно поэтИ немедленно озвучит окоемГолубеющий утюжа градиентЧугунами багрянистых облаков Что не сложно то проест унынья вошьЧто не режет слух тоски затянет мохЗа стихом надежно спрятан перевод
Не скажу чего сама его найдешь Если любится Катуллу все ещеМежду ночи бесконечной сквознякомИ теплом чьих поцелуев спутан счетЕсли смогом еще дышит Клод Моне Если солнца … Continue reading Заря

Верлибр

Облако

Jan

А это ли не облако что ты забылНад станцией «Кузнецкий мост» где ты ходилКругами от волнения вдруг не придетИли придет но выйдет все наоборот А это ли не девушка что ты любилУ Маяковского бесстыже тыря пули рифмС закрытыми глазами продолжал читатьПока Москвы окраины бежали вспять А это ли не партия гитарнаяЗапомненная вместе с душным тамбуромИ щелью где пейзаж мелькал скукоженныйМежду тканями грубыми и кожами А это ли не Уиллис Брюс не Аффлек БенНе сорок восемь ли не девяносто шестьЛистов не геометрии ли алгебрыНе башни ли что рушатся еще в ч/б Не нижнее ли это не исподнееНе сталинский ли дом проспект … Continue reading Облако

Мини

Сувенир

Jan

Случайный сувенир, выловленный из вод озера Почти-Потерял, там, где в него впадает река Забываю-Теку, которая течет где-то между Линой и Ени-сеем, блестя голубой гладью и обнажая известняковые берега, но ни за что не давая обнаружить свои точные координаты: Москва, июнь, жарко, ослепительно солнечно, думаешь, как бы не вспотеть, потому что свидос, а на свидос нужно прийти безупречным, никаких тебе там мокрых ладошек или покрытого испариной лба, что там говорить о потной спине или ужасных пятнах под мышками — с таким сразу можно разворачиваться и ехать домой, Москва не простит, июнь не простит, любовь не зародится, роза не расцветет, небо не … Continue reading Сувенир

Верлибр

***

Jan

Запах тины и уклеек на рекеЗа стеклом нелепый сельский манекенСолнце радиопомехи самолетЧто однажды нас с тобою заберет В удаленные соленые краяГде дорожный знак один на окоемГде теплятся мостовые и мостыНежной линией под нефом пустоты Затонувший в водах прошлого гамакОблюбованный планктоном забытьяНедочитанный ступеньками МаякЛаминариям оставленный листать Занавески за которые тянуПоявившийся на краешке краюНаклонившийся в густую синевуКрасный дом где было пусто и легко Через черные вечери между чащПриближаюсь к окуляру в форме чувствНепричесанных девчонок и мальчишЧто мечтают друг о друге по ночам Чьи ресницы умоляют не молчиЧьи ключицы отражают лунный светЧьи коленки непокрыты и мокрыОт росы неловко собранной в траве Я распластан … Continue reading ***

Мини

Сцена

Jan

Сцена, застывшая в памяти, как юрский комар в капле янтаря: сально улыбающийся мужик с пухлым бумажником в ночной аптеке под домом Л**, протягивающий пятитысячную купюру растерянной девушке в вечернем платье, которая выше его на две головы, со словами: «Блин, разориться на вас можно!» в ответ на ее робкую просьбу дать ей денег — «На что?» — «Прокладки»; я и Л**, наблюдающие эту сцену каждый со своей немного стушеванной позиции — я как потенциальный партнер (что в тот момент в моей голове автоматически переводилось в ту или иную форму мужика с кошельком), но с привитым поколениями бедной интеллигенции отвращением к такого … Continue reading Сцена

Мини

Где вы теперь?

Jan

Где вы теперь? Элитные кварталы на Юго-Западе, где так легко дышалось, так легко читалось по-английски, так просто открывалась бутылка слабогазированной минеральной воды, так мягки были шаги заспанного ребенка, спускавшегося по винтовой лестнице из своей башни, где ему не спалось, ты чего не спишь, говорила мама, слегка извивая тонкое, слабо и сладко пахнущее тело в сложном, но безупречно выполненном движении хозяйки усадьбы, которая сама разгружает стиральную машину без малейшего вреда своему аристократическому статусу. Ты чего, зайка? Где вы теперь, необъятные просторы вокруг лоснящихся свежей краской коттеджных поселков, где хотели вырасти градирни ТЭЦ и факелы индустрии, но вместо этого расцвели тюльпаны, кремовые … Continue reading Где вы теперь?

Мини

Les cieux de Moscou

Jan

Il y avait peu de monde à Moscou à cette époque-là, les rues étaient vertes, l’air transparent, les images nettes, les pas vites, les bras longs et minces avec le poil léger doré par le soleil, je ne portais pas de lunettes, ses cheveux étaient lisses et parfumés, la rue constituait des têtes en mouvement, des vitrines qui éclataient quand on changeait de position un peu, des petits nuages de fumée, des petites hachures blanches de cigarettes éparpillées, des langues qui mêlaient les sons, des lèvres qui brillaient au soleil, le soleil qui était dans chaque sac en plastique, dans … Continue reading Les cieux de Moscou

Мини

***

Jan

Мошка, роящаяся летним сельским вечером в просветах между электрическими столбами, кривоватыми и сучковатыми, в ало-синих и черноплодно-малиновых пространствах между деревьями, над черной гладью реки с курящимся туманом и вдоль прямолинейного шоссе, где над нагретым за день зернистым асфальтом дрожит пронизанный редкими огоньками фар и придорожных дач прозрачный воздух с запахами навоза и костра, кое-как заполняющий пространство между двумя синими горизонтами, между двумя фигурами, между полузакрытыми глазами и потрескавшимися губами, которые пытаются что-то объяснить, но получается бестолково, выходит что-то бессвязное, какие-то запутанные фразы, а потом операторы Паскаля, декларации модулей, кавычки открываются, строка всего двести пятьдесят шесть символов, что можно сказать двумястами … Continue reading ***