Любовь

Слышьте, пацаны, а это, короче — ну — знаете, как бывает, например, когда это — ну, типа, — когда, короче, бабу любишь? Не? Когда она такая идет по улице, или, там, в кафе, например, сидит, и такая, раз, на тебя глазами. И ты такой, типа, неуверенный — ну, как бы, мало ли показалось, или че-то не то подумал, и она просто головой вертела или еще что-то, — такой, тоже на нее — раз, — смотришь, и сразу в сторону, потому что она, оказывается, все это время реально на тебя пялилась, и потом такой решаешься, и снова на нее глаза поднимаешь, … Continue reading Любовь

Компьютеры

Когда я был маленький, компьютеров было всего пять штук — или около того — и все они имели номера, по которым можно было однозначно определить, какой круче. Вопрос «Что лучше?» не имел решительно никакого смысла и поэтому никому даже не приходил в голову, когда семья решалась наконец на отчаянный шаг и отправлялась в магазин под блестящей вывеской «Компьютерный салон» на первом этаже хрущевки, откуда грубые рабочие в комбинезонах на волосатую грудь, матерясь и смачно сплевывая на тротуар, оторвали фомками намертво приржавевшие за советские годы буквы «СВЕТ». Хуже всех, несомненно, был 286-й. Абсолютно бесполезная рухлядь, выданная в шарашке засекреченному отцу-ракетчику, на … Continue reading Компьютеры

Я хочу тебя

Я хачу тебя, прошептала она, я хачу тебя, прошептал я, ночь спускалась на берега Волги, чертовка висела на крючке Луна, волны расходились, рассыпались птицы, лежали деревья ложною синевой, что тут скажешь, испустил дедушка, что тут скажешь, взмякнула бабушка, что тут скажешь, вставила случайная женщина в наряде больше комическом чем церемониальном, затянулись зимними застежками и шарфами прозрачные вечера, неисполнившиеся желания и пепелище не познавшей джипега дачи, чьи mental images были бережно переправлены в Japan и Germany. Тач тач тач тач тач тачДж дж дж дж дж дж бесконечно повторяющаяся фигура бегущего человека, на которую накладывается что-то вроде проводов или телевизионного шума, … Continue reading Я хочу тебя

Год рождения

84 — родной, похожий, как брат-близнец, блестящий, переливающийся, имеющий какое-то неуловимое общее качество с буханкой черного хлеба, которую тебе протягивают, теплую, завернутую в маслянистую бумагу, теплые руки рябой тети-хлебопекарши из теплого окна хлебопекарни возле залитого ослепительным солнцем пыльного железнодорожного переезда на раскаленном двухполосном шоссе где-то у подножия Парнаса. Ровный и гладкий, как лед, по которому скользишь, на мгновение выходя из утренней полудремы перед первым уроком, из разбавленной прозрачностью мглы, где бродят пушистые огни фонарей и прищуренные фары машин, полностью перенявших личность своих водителей. Родной и розовый, как румянец на щеках твоей возлюбленной, которую видишь в раздевалке, которую жаждешь и боишься … Continue reading Год рождения

Дома

Анвертик из зеленого дома — большого, с белыми наличниками, лежащего широкой татарской улыбкой на лазоревом просторе. Гуля — из того же дома, его младшая сестра, с носом-каплей и смоляно-черными волосами, губы блестят, глаза мелки, руки быстры, бабушка далека, но слышна: «Гульнара, яки көндезге ашка!» — «Не хочу, ба!» — «Татарча!» — «Не хочу!» — «Өйгә хазер ук, я сказала!» (К концу фразы переходит на визг.) Гуля идет домой. Ксюша из желтого дома, наполовину ярко-желтого, где живет она, наполовину выцветше-осеннего, где другая семья, с которой они (по каким-то запутанным юридическим причинам) делят дом, и про которых никто ничего не знает — … Continue reading Дома

Заря

В утра раннего зияющую пастьУходите голубые фонариЧтобы как пробудится заряПеред тем как разбудить цепных куряг Она смогла вами шевеляЗаквохтать провозглашая новый деньСиним воздухом из полноты жабоНатянув окошки малость набекрень И грассируя мотором в три утраНа восток километровый простеретьНервной дверью со дна улицы блеснувСвой язык или другую ерунду Что подумает несдержанно поэтИ немедленно озвучит окоемГолубеющий утюжа градиентЧугунами багрянистых облаков Что не сложно то проест унынья вошьЧто не режет слух тоски затянет мохЗа стихом надежно спрятан перевод
Не скажу чего сама его найдешь Если любится Катуллу все ещеМежду ночи бесконечной сквознякомИ теплом чьих поцелуев спутан счетЕсли смогом еще дышит Клод Моне Если солнца … Continue reading Заря

Облако

А это ли не облако что ты забылНад станцией «Кузнецкий мост» где ты ходилКругами от волнения вдруг не придетИли придет но выйдет все наоборот А это ли не девушка что ты любилУ Маяковского бесстыже тыря пули рифмС закрытыми глазами продолжал читатьПока Москвы окраины бежали вспять А это ли не партия гитарнаяЗапомненная вместе с душным тамбуромИ щелью где пейзаж мелькал скукоженныйМежду тканями грубыми и кожами А это ли не Уиллис Брюс не Аффлек БенНе сорок восемь ли не девяносто шестьЛистов не геометрии ли алгебрыНе башни ли что рушатся еще в ч/б Не нижнее ли это не исподнееНе сталинский ли дом проспект … Continue reading Облако

Сувенир

Случайный сувенир, выловленный из вод озера Почти-Потерял, там, где в него впадает река Забываю-Теку, которая течет где-то между Линой и Ени-сеем, блестя голубой гладью и обнажая известняковые берега, но ни за что не давая обнаружить свои точные координаты: Москва, июнь, жарко, ослепительно солнечно, думаешь, как бы не вспотеть, потому что свидос, а на свидос нужно прийти безупречным, никаких тебе там мокрых ладошек или покрытого испариной лба, что там говорить о потной спине или ужасных пятнах под мышками — с таким сразу можно разворачиваться и ехать домой, Москва не простит, июнь не простит, любовь не зародится, роза не расцветет, небо не … Continue reading Сувенир

***

Запах тины и уклеек на рекеЗа стеклом нелепый сельский манекенСолнце радиопомехи самолетЧто однажды нас с тобою заберет В удаленные соленые краяГде дорожный знак один на окоемГде теплятся мостовые и мостыНежной линией под нефом пустоты Затонувший в водах прошлого гамакОблюбованный планктоном забытьяНедочитанный ступеньками МаякЛаминариям оставленный листать Занавески за которые тянуПоявившийся на краешке краюНаклонившийся в густую синевуКрасный дом где было пусто и легко Через черные вечери между чащПриближаюсь к окуляру в форме чувствНепричесанных девчонок и мальчишЧто мечтают друг о друге по ночам Чьи ресницы умоляют не молчиЧьи ключицы отражают лунный светЧьи коленки непокрыты и мокрыОт росы неловко собранной в траве Я распластан … Continue reading ***

Сцена

Сцена, застывшая в памяти, как юрский комар в капле янтаря: сально улыбающийся мужик с пухлым бумажником в ночной аптеке под домом Л**, протягивающий пятитысячную купюру растерянной девушке в вечернем платье, которая выше его на две головы, со словами: «Блин, разориться на вас можно!» в ответ на ее робкую просьбу дать ей денег — «На что?» — «Прокладки»; я и Л**, наблюдающие эту сцену каждый со своей немного стушеванной позиции — я как потенциальный партнер (что в тот момент в моей голове автоматически переводилось в ту или иную форму мужика с кошельком), но с привитым поколениями бедной интеллигенции отвращением к такого … Continue reading Сцена