Улица Дзержинского уткнулась в улицу Ленина, рассеклась острым забором, взвизгнула и вытекла за город, вопыль, вогородь, взубозлать, под язык песком набилась, сплюнуть заставила. Остановился велосипед. Слез велосипедист. Вышла на крыльцо нехотя грудь шерстистая, тельняшкой утянутая, из груди пошел хрипотя голос нечистый, понесли к калитке ноги. Стоит велосипедист, улыбается, блестит за ним река, блестит в ней рыба брюхом, светит неистово солнце, булькает сам собой Уран, блестят гланды, встречается нёбо с языком. – Чего тебе? – полушепотом выходит. Не завелись связки. Надолго вонзается кашель в горло, долбит сызнова заваленный за ночь лаз, скрипит седло, палит солнце, кружится вошь. Некуда торопиться. – Скажите … Continue reading Пляж

Она жила в длинном кирпичном доме, двухэтажном от земли, двухминутном от электрички, окнами на забор с одной стороны и на рельсы с другой, с шиферной крышей, запахом супа в дверях. С третьей стороны была стена, совсем тонкая, иногда казалось, что из одних обоев, у которой она лежала, слушая, как приезжает мусоровоз и гремит баками, как в Москве гудит Красная площадь, как работают ночные заводы, как мама в коридоре разговаривает по телефону, красному, настенному, незаглушаемым голосом. – Танюша, – она говорила, – поправляется. Все у нас хорошо. Мама была вся в белом, она стояла в спортивной позе, крепко держась на скользящей … Continue reading Август