Ты знаешь

Ты знаешь, как это работает — крыльцо, красная лестница на чердак, подвешенная на двух крючках, скрип гамака, краешек неба, кусочек коры, упавший с сосны и начинающий колоть через джинсы, но еще не настолько, чтобы встать, нарушив совершенство, и начать вытряхивать его, маленькие черточки облаков, которые пашут, длинные инверсионные полосы самолетов, которые бороздят, знаешь, как работает — две бочки, одна железная, скучная, вроде тех, в которых держат нефть и радиоактивные отходы, покрашенная не терпящим отклонений от концепта дедушкой в темно-красный цвет, словно чтобы хоть немного сгладить ее обыденность, другая из бетона, низкая, вкопанная в землю, тоже, вероятно, когда-то бывшая скучной и … Continue reading Ты знаешь

Где вы теперь?

Где вы теперь? Элитные кварталы на Юго-Западе, где так легко дышалось, так легко читалось по-английски, так просто открывалась бутылка слабогазированной минеральной воды, так мягки были шаги заспанного ребенка, спускавшегося по винтовой лестнице из своей башни, где ему не спалось, ты чего не спишь, говорила мама, слегка извивая тонкое, слабо и сладко пахнущее тело в сложном, но безупречно выполненном движении хозяйки усадьбы, которая сама разгружает стиральную машину без малейшего вреда своему аристократическому статусу. Ты чего, зайка? Где вы теперь, необъятные просторы вокруг лоснящихся свежей краской коттеджных поселков, где хотели вырасти градирни ТЭЦ и факелы индустрии, но вместо этого расцвели тюльпаны, кремовые … Continue reading Где вы теперь?

Où êtes-vous ?

Où êtes-vous, les fils des oligarques qui achetiez des écharpes en cachemire dans le centre commercial « Quatre saisons » sur Roublyovka en tâtant savamment leur texture avec vos doigts tendres aux ongles bien manucurés ? Où êtes-vous, les filles des barons du pétrole qui fêtiez vos annivs au barbecue à l’américaine avec l’accompagnement de Coldplay en live bookés pour l’occasion et des cocktails à côté de la piscine ? Où êtes-vous, les petites sœurs qui faisiez des soirées pyjama dans vos chalets dans les villages clôtures à l’ouest de Moscou, où, dans vos chambres privées, il y avait des … Continue reading Où êtes-vous ?

Les cieux de Moscou

Il y avait peu de monde à Moscou à cette époque-là, les rues étaient vertes, l’air transparent, les images nettes, les pas vites, les bras longs et minces avec le poil léger doré par le soleil, je ne portais pas de lunettes, ses cheveux étaient lisses et parfumés, la rue constituait des têtes en mouvement, des vitrines qui éclataient quand on changeait de position un peu, des petits nuages de fumée, des petites hachures blanches de cigarettes éparpillées, des langues qui mêlaient les sons, des lèvres qui brillaient au soleil, le soleil qui était dans chaque sac en plastique, dans … Continue reading Les cieux de Moscou

Мякиш

Запах хлебного мякиша и примешивающиеся к нему запахи мокрой травы и уклейки, которую ты поймаешь. Слух твоего уха и с невероятной легкостью врезывающаяся в него тишина близлежащей деревни, черной треугольными крышами и сетчатой неровными заборами. Черточки облаков и черты рыбаков, отражающихся в воде и отличающихся от других отражений своей неподвижностью. Блеск рыбьей чешуи, примешивающийся к блеску речной ряби, но все же отделимый от нее. Шаткий столб солнца на горизонтальной поверхности воды и круг того же солнца, неподвижно торчащий в бледно-голубом небе. Абразив лесов на горизонте, тщетно скоблящий в такт твоим шагам светлую джинсу небосклона, которая вопреки всему становится все более … Continue reading Мякиш

Стой, иди сюда

Когда ты решаешь, что в прошлом уже ничего не осталось, что ты его отжал все, все вспомнил и добела выскоблил, вместе с его крышами, вокзалами, сосисками в тесте и застывшими лужами на асфальте, внезапно вспыхивают ярко-зеленым светом окна спортзала во второй школе, той, что возле шоссе, останавливается машина, хлопает багажник, через дырявую сетку школьного забора просеивается июньское солнце, из прозрачности появляется городской хулиган и говорит тебе, стой, иди сюда. Два противоречащих друг другу императива, сами по себе уже внушающие страх, соединенные во всевластный оксюморон, который немедленно повергает любого в состояние паралича воли. Сюда иди, говорит он, жуя. Иди сюда. Иди … Continue reading Стой, иди сюда

Куличи

Я помню, как лепил куличи — где-то между тремя и тремя с половиной, в песочнице во дворе перед домом. Дом был заоблачен, двор был огромен, воздух наполнял его, мужчины и женщины опустошали, воздух был прозрачен, облака шершавы, слова обрывчаты, Германия и США то круглы, то угловаты, мир то прочен, то ломок, как шоколадная конфета с ликером, случайно попробованная с родительского стола и ставшая навсегда синонимом разочарования. Не понимаю, почему, но была необходимость это делать — лепить куличи. Было абсолютно нужно черпать слегка слипшийся и смешанный с глиной песок, который щетинистые мужики, переставшие быть детьми, ссыпали из кузова оранжевого самосвала, не … Continue reading Куличи

Красота

Красота — c’est ça: концерт №2 для фортепиано с оркестром Сергея Рахманинова, справляющий малую нужду у обочины мужчина, наивно предположивший, что тут-то в этот час его точно никто не застукает, когда ты внезапно появляешься из-за поворота на твоем винтажном голландском велосипеде, весенний вечер, прохладный, четкий, розовый, нежный, такой совершенный, что хочется сказать vesper, на языке оригинала, где такие вечера были все или почти, розовый дымный градиент, башни города на горизонте, такой плавный переход от розового к оранжевому и дальше к синему, что кажется, фейк, такого не бывает, ты хочешь сказать, хочешь сказать, это фильтр, не бывает такого неба в реальности, … Continue reading Красота

***

Мошка, роящаяся летним сельским вечером в просветах между электрическими столбами, кривоватыми и сучковатыми, в ало-синих и черноплодно-малиновых пространствах между деревьями, над черной гладью реки с курящимся туманом и вдоль прямолинейного шоссе, где над нагретым за день зернистым асфальтом дрожит пронизанный редкими огоньками фар и придорожных дач прозрачный воздух с запахами навоза и костра, кое-как заполняющий пространство между двумя синими горизонтами, между двумя фигурами, между полузакрытыми глазами и потрескавшимися губами, которые пытаются что-то объяснить, но получается бестолково, выходит что-то бессвязное, какие-то запутанные фразы, а потом операторы Паскаля, декларации модулей, кавычки открываются, строка всего двести пятьдесят шесть символов, что можно сказать двумястами … Continue reading ***

Люблю

Был солнечный день, пахнущий кострами, горячим толем, мусором, колбасными изделиями, фруктовыми жвачками, новыми кроссовками и одеждой из гуманитарной помощи. Когда классная положила на мою парту два листа продовольственных талонов (всего 24 штуки) и начала удаляться, продолжая свой символический посев, я схватил их стал считать. Значит, на один я куплю пакет ирисок в столовой (целый полукилограммовый пакет на один талон!), еще на один шоколадку «Wispa» в мягкой золотистой фольге с застывшими пузырьками воздуха внутри — поэтому «воздушный шоколад» — которые на мгновение оживают, когда кладешь кусочек в рот и начинаешь жевать — не то чтобы приходят в движение и улетают, понятное … Continue reading Люблю