В полнолуние бывает так, что я краем глаза замечаю большую Луну за окном, и она приковывает мое внимание. В моей голове просыпаются мысли, дремлющие в каждом человеке с момента появления разума. Наверно, у первобытных людей они хранились в виде неосознанных ощущений, а мне прогресс дал возможность облечь их в слова. Я думаю о том, как это невероятно и масштабно — гигантское небесное тело висит рядом с нашей планетой, совершенно пустое и необитаемое. Когда мы завариваем чай и готовим ужин, там просто лежит песочек. Серый и незнакомый, но совершенно реальный — удаленный на 300 тысяч километров от нашего окна, рыхлый и … Continue reading Луна

Приснилось, что я снова вожу свой Mark VIII, приезжаю на нем в какой-то старый город вроде Львова или Питера — с обшарпанными зданиями, брусчаткой, красивой, но задрипанной архитектурой. И внезапно мне начинает дико хотеться сходить в туалет по-большому. Время — ранее утро, все кафе закрыты, я езжу по улицам в поисках общественных туалетов, но ничего не нахожу, и в отчаянии решаю попроситься к кому-нибудь в квартиру. (В реальной жизни я бы посрал на улице, но это же сон.) И вот я захожу в один подъезд (с прозрачными дверями, кстати), и вижу там под лестницей, где обычно ставят коляски и велосипеды, … Continue reading Очередь в туалет

Под саундтрек Kula Shaker — Great Hosannah грузная бабка медленно переваливается с ноги на ногу, поднимаясь на железнодорожный мост, опохмелившийся пролетарий кривым ртом что-то кричит (кажется, “Крым наш”? Нет, он просто кричит: “АААА!!!”), девчонки едут к третьей паре, за окном электрички проползают два сгоревших деревянных дома, панельные новостройки у МКАД, поседевшие сталинки ближе к центру, внезапно окно закрывает забор с надписью “РЕВОЛЮЦИЯ”, сделанной краской в начале 2000-х. В Москве облачно, днем около ноля, солнечные лучи проходят сквозь прозрачный бульон безразличия, в котором растворилась щепотка национальной идеи. Continue reading Great Hosannah

Вот все говорят — валить. Я вырос с этой мыслью, мои родители внушали мне с детства, что надо валить, что в Сраной Рашке делать нечего. Когда я поехал на языковую практику в институт им. Гете в Берлине, они хотели предложить мне «соскочить» — типа, остаться там после двух недель действия визы, стать нелегалом, но в последний момент передумали — мне было 19, я мог не справиться. (О самой идее мама рассказала мне позже.) Потом, когда я окончил институт, мне постоянно говорили, что я должен уехать на стажировку. Есть какие-то мистические стажировки, практики, обмены, о которых бредят родители, думая, что отъезд … Continue reading Валить

Подмосковное отделение Сбербанка в середине дня: рифленое месиво из говна и снега на полу, полурасстегнутые пуховики, торчащие из них полуразмотанные колючие шарфы, торчащие из-под штанов полускатавшиеся черные носки, торчащие во все стороны волосы близких к истерике женщин, ничьи бабушки, толкущиеся у касс, несмотря на “электронную очередь”, мать с тяжелым ребенком, тяжелым взглядом и тяжелой судьбой, тяжелая рука бомжа, давящего на кнопки терминала, высокий и робкий менеджер, объемный и жаркий мужчина из джипа со сложным вопросом и прикованной к столу шариковой ручкой, десятки взглядов, прикованных к табло, падающая шапка, перекись, хна, нежданный звуковой сигнал, инфаркт, тоннель, луч света, вспышка, вечность. Обеденный … Continue reading Инфаркт в Сбербанке

Раньше у меня была в левом плече незаросшая дырка, сквозь которую виднелись мышцы и артерии. Я не знаю, почему так получилось – родители водили по врачам, врачи говорили, странно, а один мой приятель предположил, что это осталось с тех пор, как в меня вошла душа. – Душа входит через рот, – возразила ему его девушка, – вот так, – она вскочила со скамейки, вытаращила глаза и резко вдохнула, так что у нее в ямочке между ключицами слегка екнуло. – Душа входит через рот, – подтвердил приятель, и, немножко поглотав, продолжил: – Но в его случае, – показал на меня горлышком, … Continue reading Краски

Луны Сатурна над съехавшей каской. Обеденный перерыв. Рабочий жадно слушает ветер в наушниках, сильно скучает по атмосфере. Раскачивается, но не идет – еще рано, еще есть пара минут. Повернуться спиной к планете-стене, к опрокинутым кольцам, и снова послушать, как шумит, или шумело, наверно, вчера, в продуваемой насквозь спальне, как звучал голос, говорящий, что скучно, и как еще что-то скрипело, мокрые пальцы, наверно, трогали микрофон, и потом снова брали виноград. Слабая проплешина на матовом безвоздушье. В плевках-облаках, лакированная морем и подернутая сушей – Земля над скорлупчатым лунным пейзажем. Спрятанная в скафандр нога легка и легка рука. Они обе не очень сильны, … Continue reading Скука Солнечной системы