Краски

Раньше у меня была в левом плече незаросшая дырка, сквозь которую виднелись мышцы и артерии. Я не знаю, почему так получилось – родители водили по врачам, врачи говорили, странно, а один мой приятель предположил, что это осталось с тех пор, как в меня вошла душа. – Душа входит через рот, – возразила ему его девушка, – вот так, – она вскочила со скамейки, вытаращила глаза и резко вдохнула, так что у нее в ямочке между ключицами слегка екнуло. – Душа входит через рот, – подтвердил приятель, и, немножко поглотав, продолжил: – Но в его случае, – показал на меня горлышком, … Continue reading Краски

Сны

Живут принц и принцесса. Без короля и королевы, одни на свете. Ни омовений на ночь, ни хождений в народ – улица, улица, улица, поворот, площадь, вечерний блик, метро, тро, тро. Потом снова наверх из пота чпок, на тротуар шлеп – во вьетнамках, не в каких-то там, и нос в окраину привычную, как бы закадычную. Забетоненная светлынь, замагазиненная побетонь, редкозелено, серолице недобро, автобусно оживленно. От магазина до дома пешком, в ритме продуктов, которые в сумках позвякивают от голода. Сумки и сумерки – расцветка конечной остановки. Глубоко в темноте – дзынь, скрип, апчхи, в ящике пусто и ржаво, дом, дом, дом, двери … Continue reading Сны

Инженер

Я – молодой ученый. Пришел устраиваться в НИИ. Нелюдно гулкий холл с колоннами, кучно в углу пальтишки на вешалках, кругленькая гардеробщица, приземистый охранник с усами-ветками глядит мне навстречу. Его мутный взгляд иссякает, не достигая моих глаз. У меня джинсы клеш, самый широкий клеш в Москве. На них ни пятнышка, хотя повсюду месиво из песка и мокрого снега, а в метро так просто мочат ногами. – Вы к кому? – спрашивает охранник. Как древнее эхо, выходит его вопрос из железнозубой трещины, тревожа седые заросли. О таком голосе обычно пишут “глубокий”. – Я, – говорю, – к профессору Ступенчаку. Звучит орган. Адажио, … Continue reading Инженер

Черная дыра

Когда осень проскребает пейзажи до ощеренного кирпича, до желтых окон, голубого газа и белых маек с чернинкой, на скрипучую скамейку посреди голого поля опускаются волны грязноватого и жестковатого хлопка, утопают в бычкастой земле под скамейкой два каблука и спадает по бокам размочаленный шарф. Из каблуков произрастает худоба, выше, в плоскости, перепендикулярной спине и параллельной направлению взгляда, между двух пальцев трепещет клок страниц, над страницами высоко губы неподвижные, рядом шевелятся: – Давно здесь?.. Человек смотрит перед собой. – Что? На самом деле это, конечно, не поле. Это обычный городской парк. Просто осенью парк начинает быстро расширяться, как холодная Вселенная, в обе стороны от … Continue reading Черная дыра

Гуманоид

Считается, что инопланетян не существует. И летающих тарелок, и похищенных домохозяек – тоже нет. Ни секретных баз, ни следов на Луне. Так говорят. Но это на самом деле все просто тухлые отмазки. Инопланетяне есть, причем большинство ученых об этом знают. Знают и молчат, потому что если сказать, то в мире сразу начнется страшный кавардак и все страны могут опуститься до первобытного уровня. Один большой ученый как-то напился в компании приятелей и принялся разбалтывать тайны. Приятели сначала хохотали, а потом у них остекленели глаза, они бросились на ученого и растерзали его, и еще целые сутки бродили по городу, как шальные, пока милиция их не отстреляла. Представляете, если такой коллектив не выдержал … Continue reading Гуманоид

Ноябрьский круг

…пять раз сказала в мокрую трубку: – Здравствуйте! – и побежала скорее в метро, подальше от связи, чтоб только тепло и сон. Поздней осенью всегда несладко, это потом с фотопленки начинает сходить кожа, это потом уже вырастает стекло на глазах. А поначалу тяжело. Ноябрь не уходит, как зима или лето, он долго лежит на дороге, и несчастный Дед Мороз все тянет и тянет на него полупрозрачную то ли снежную, то ли ледяную простыню. Каждое утро люди засыпают в метро, с подошв капает грязь. Пока ноябрь не разнесут по всему городу, он будет валяться, давить на стекло и задувать газ. Ничего тут не поделаешь. Каждый раз смерть застает его в разных местах, – невозможно предсказать, где это случится. Однажды он пришел … Continue reading Ноябрьский круг

Москва + Питер

Мы с Андреем идем по Ленинскому. Наши шнурки хлещут теплый асфальт, клеш проецируется на высокие витрины, белый клеш пунктирует скоростную магистраль; мы идем с Андреем вдоль пробок и стильной морзянкой отражаемся в надраенных тачках. В банках плещется светлое пиво, молния ползет по выжженной нездешним солнцем щетине. Вполне возможно, что мы Андреем были на Марсе в качестве космических туристов. Очень вероятно. Тянется время. Идеи и фабулы проходят сквозь мою голову невидимой нитью. Яркие губы формуют плавную речь. Приятная брусчатка ползет под высоким воротником. Я небрежно рассыпаю кристаллы слов. Шумит клеш. Работают крепкие суставы. – Андрей, – говорю я, – как ты относишься к идее … Continue reading Москва + Питер