Сад Будущего

Недалеко от моего дома есть парк с загадочным названием «Сад Будущего» — почти триста лет он назывался невзыскательно Леоновским, в честь обычной усадьбы Леоново, где обитал банальный русский князь, но в начале 2000-х столичные власти решили добавить этому месту немного драйва и установили там табличку: «Заложен молодежью Москвы». Разумеется, дворянские банальность и уныние никак не могли соседствовать с этим сияющим неокомсомольским стилем, и ребрендинг был неизбежен. Чтобы закрепить эффект, через пару лет в парке торжественно закопали капсулу с посланием потомкам, как в старые добрые шестидесятые. Еще через 50 лет в сопровождении такого же лазерного шоу и выездного диджея она будет … Continue reading Сад Будущего

Время

Хорошо, что я один сюда приехал. Хорошо, что со мной нет никого из моих родственников — которые вокруг по стенам на размытых черно-белых фотках в самодельных резных рамках — никого из моих друзей — которые тоже где-то тут, в одном из пухлых фотоальбомов, на более современных, но не менее размытых цветных с нелепой временной меткой — никого, кроме ветра, щелкающего счетчика электроэнергии и бегущей струйки воды в бачке проеденного полувековой коррозией узкогорлого хрущевского унитаза. Я в квартире моего дедушки, в глубине промзоны, на обочине широкого рабоче-крестьянского проспекта, куда я прибыл, чтобы спасти коллекцию дедушкиных картин от раздувшейся сверхновой урбанистического солнца. … Continue reading Время

Гимнастика для глаз

Я никогда не жаловался на проблемы со зрением, но как-то раз попал на прием к офтальмологу — меня направил к нему другой врач, вероятно, в отчаянной попытке избавиться от навязчивого пациента с его бессвязными тревогами, суть которых сводится к тому, что его телу плохо и его мир стал тусклым. Сидя под яркой лампой, поочередно закрывая глаза и читая буквы, я тщетно пытался сформулировать, что же именно меня беспокоит. Доктор после беглого осмотра вздохнул, покачал головой и отправил меня домой, прописав делать гимнастику для глаз. «Вырежьте из цветной бумаги кружок и наклейте его на стекло, каждое утро вставайте перед ним и … Continue reading Гимнастика для глаз

Весна

Уважаемые пассажиры, говорит праздничный, звонкий голос диктора в метро, сегодня — 1 марта. А это значит, что мы с полным основанием можем поздравить вас с наступлением весны. Весна, продолжает голос, — это время радостных ожиданий и надежд, время, когда наши чувства пробуждаются ото сна. Когда мужчины исполняются галантности, дремавшей глубоко в их белогвардейских рецессивных генах, а женщины вновь расцветают, казалось бы, погибшей под пуховиками и лыжными шапками красотой самых высоких пушкинских стандартов. Время, когда каждый возделывает свой сад — и дачник, не дачник — берет, то есть, лопату, и начинает вот так вот хуячить мерзлую почву. Раз! Раз! Раз! Бьет … Continue reading Весна

Атмосферный феномен

Иногда, когда ты бредешь по вечернему микрорайону между приземистых крупнокирпичных домов, как бы поднимающих лбы от земли и провожающих твою фигуру тусклыми взглядами, можно столкнуться с интересным атмосферным феноменом. По какой-то причине он до сих пор не изучен — не то чтобы его трудно было встретить, просто, видимо, есть масса других, более важных природных аномалий, с которыми предстоит еще разобраться сотрудникам государственных НИИ, стоящим с папиросами в зеленом окне курилки, — а уж потом браться за мелочи вроде этой. Особенно часто это происходит в конце зимы или ранней весной, в тумане переболевшего гриппом города, когда округа и префектуры еще забиты … Continue reading Атмосферный феномен

Суббота

Я люблю просыпаться рано, раньше всех в городе — ну, кроме, разве что, самых фанатичных качков, входящих в двухнедельную сушку, и городских бабуль, поднимающихся по зову неодолимого сельского гена. Люблю вставать рано и знаю, когда весна делает то же самое. Здесь, в неплотно застегнутом на два перекрестка-пуговицы, наэлектризованном и поеживающемся старорежимном микрорайоне, это очень хорошо чувствуется. В ровных кварталах утренней темноты, распиленной фонарным светом аккурат по историческим фасадам, в аэродинамических трубах длинных коридоров, в тлеющих углях однокомнатных квартир, в особых отношениях северного ветра и столетних хозяйских сатиновых штор. В горячей воде, которая бьет в режиме «соло» — в том смысле, … Continue reading Суббота

Я тебе не верю

Вечер пятницы, я возвращаюсь домой. Выхожу из лифта на свою тесную лестничную клетку в кафельную пыльную клеточку, шарю в сумке в поисках ключа и краем глаза замечаю парня, стоящего у окна пролетом ниже. Он стоит спиной ко мне, лицом к глянцевой урбанистической тьме в обрамлении монтажной пены, курит и громко, артикулированно говорит с кем-то по телефону. Звук закрывающихся дверей лифта не вызывает ни малейшего волнения его массивной затянутой в кожзам фигуры. — И к чему ваще вот это было? — говорит он. — Нет, ты можешь объяснить? — Смысл какой? — спрашивает он, облокачиваясь о подоконник и стряхивая пепел в … Continue reading Я тебе не верю

75 рублей за доллар

Где-то год назад я написал текст под названием «75 рублей за евро» — совсем маленькую новеллу, состоявшую, как это обычно у меня бывает, из потока рефлексий в двух предложениях с плохо скрываемой неприязнью к государству и плохо просматривающимися точками. Единственный месседж, вложенный мной в этот текст, заключался в том, что курс национальной валюты упал так низко, что оказался почти вровень с теми низменными чувствами и тем мусором, которым вдохновляются авторы вроде меня. И вот накануне этого же значения достиг курс рубля к доллару. Я увидел его на электронном табло банка на заснеженном утреннем проспекте Мира, ковыляя к станции метро «ВДНХ» … Continue reading 75 рублей за доллар

Мир

Когда я был маленьким, я страшно любил сны и страшно не любил засыпать — думаю, в этом я мало отличался от всех остальных детей ранних девяностых. Мне очень хотелось снова попасть в мой новенький, блестящий, не тронутый еще никакими психозами и нервяками, прозрачный футуристический лифт и опуститься, как космонавт на незнакомую планету, на бескрайнюю долину сна, где можно было делать что угодно, перемещаться, как взбредет в голову, и получать все, чего не хватало в аскетической реальности нашего бывшего военного городка, который вместе со всем своим содержимым быстро таял и испарялся в теплом воздухе сверхдержавного постапокалипсиса. Забравшись в постель и изнывая … Continue reading Мир

Первое января

Первое января. Полдень, гулкие соты спящих квартир, яркое солнце, облегченный на тонны металла МКАД, схлестнувшийся с рябящей пустым асфальтом Ярославкой. На холодных водах мелкой бурой Яузы держатся толстые утки. На горбе Ростокинского моста стоит, облокотившись о перила, упакованный в пуховик и унты, молодой пенсионер, от его губ тянется вниз тонюсенькая ниточка слюны, на заднем плане сливаются в расфокусе серая стена промзоны, желтые обледенелые кусты и белые сверкающие дома. На Северянинский путепровод вползает куб автобуса к ВДНХ, везущий несколько десятков самых разных и по-своему прекрасных ДНК, он отражает гранью часть ярчайшего луча, часть пропускает внутрь, мимо черного надежного плеча, мимо полуоткрытого … Continue reading Первое января