Руины бани на поселковом пляже на реке Оредеж. Голубое, ярко-жадно-голубое небо, плохо приклеенные пасущиеся коровы с колокольчиками, роящиеся мухи, просветы неба в дырах окон и между наполовину обрушившихся стен, трава, наползающая на фундамент, шорох гравия под шинами разболтанного велосипеда «Кама», летящего со склона к реке, запах спичек, осколки бутылочного стекла, ветви черемух, рябин и неизвестных кустов, заполнивших большие участки памяти, но никогда не вспоминающихся в деталях, вид на деревню на другом берегу, грубые местные дети с дерзкой мимикой и ровным загаром до пояса, в шортах и шлепках, отделенные от нежащейся на пляже городской аристократии условной границей реки, полуголый коричневый мужик … Continue reading Тетя Таня

Тропинка, отделяющаяся от шоссе сразу за мостом через Оредеж возле почты — там, где видны острые крыши домов — оранжевые, зеленые, красные — спрятавшиеся за густой сочной листвой берез и кленов. Тропинка ответвляется и ведет сквозь заросли черемухи и козьей ивы, которые как бы держатся на ней, словно корабли, словно миниатюрные парусники, теряющие правдоподобность по мере того как ты к ним приближаешься, хотя и без них ясно, что это все не так, что в действительности это не тропинка, а волны памяти, что несут тебя, выпившую бокал белого и уже поплывшую, как с тобой всегда приключалось, будь то в школе, будь … Continue reading Тропинка