Верлибр

812

Jan

Код Питера — 812Код сигаретницы из дубаКод прихожейКод бабушкиной помады «Primavera»Практически нетронутой с конца 60-хКогда она перестала интересоваться мужчинамиПерестала спать в одной постели с дедушкойИ перенаправила свою безграничную любовь на грядки патиссоновНа испарину на стенках огуречных парниковНа растворение кубиков сахара в большом граненом стаканеМетодичное перемешивание муки и раскатывание теста для своих фирменных пирожков с капустойНа волочение листвы по пустынному переулку чьи координаты в пространстве времени и сознании загадочно но в высшей степени логично сливались в смешном названии ДачныйНа непослушные вихри тонкие руки пустые животы и прожорливые рты внуковЧто появлялись вместе с июньским солнцем из-за горизонтаВырастая метафорически из-за поворота на ГатчинуИ … Continue reading 812

Верлибр

Le cheptel

Jan

La surface des lointaines toituresEmblavée de lumière argentéeComme d’étranges immobiles pâturesOù est venu s’abreuver le cheptel Les bovins aériens de la nuitDont les vastes tétines rectilignesLe mouvement d’atmosphère introduitDans les vides laissés par la ville Les sonnailles des églises attachées à leurs cousFont entendre les cloches quand ils lapentLe fluide de rêves visqueux et obscurDes fenêtres luisant comme des flaques Qui s’allument çà et là sur les rides de tuilesÀ mesure que s’approche en chantantÉtirant les traînées de vapeur ductilesLe berger insouciant du matin Qui emmène le bétail vers le rouge horizonOù scintille l’écorce du lendemainD’où étend l’avenir ses fragiles … Continue reading Le cheptel

Верлибр

Класс

Jan

Я помню мой класс в школе. Это был большой, пестрый, шумный, мягкокожий, светлоголовый, жидкоусый, густоволосый, очень дружный класс, состоявший в основном из девочек. Из девочек, в которых я был почти во всех по очереди влюблен — начиная с самых красивых и категорически недоступных и медленно двигаясь вниз по моей внутренней, непонятно откуда взявшейся шкале божественности по мере того как они обзаводились ухажерами и на их устах появлялось сладкое и тягучее, словно быстро теряющая вкус фруктовая жвачка, слово «встречаться». По мере того как они попадались мне по дороге домой (во время которой я, разумеется, плелся за ними следом, не смея перегнать, … Continue reading Класс

Мини

Ты помнишь

Jan

Ты помнишь, наверное, этот долгий и расплавленный момент, тянувшийся, пока закрывались испещренные тонюсенькими, как бабушкины морщины, царапинками стеклянные двери с видом на блестящую золотом июня Москву-реку, из которой поднимались хвосты подводных чудищ, по скалистым берегам которой бродили смурые поэты и на волнах которой колебались, согласуясь с симфометаллическим саундтреком в твоих ушах, корабли последних эльфов, медленно уплывающие в Валинор. Момент, пока качался ребристый вагон и сладкий голос машинистки объявлял, добавляя незаметные никому, кроме тебя, игривые нотки: «Станция “Воробьевы горы”, острожно, двери закрываются, следующая станция — “Солнечные Патрики”». Пока билось спрятанное под стиляжным плащом и клетчатой рубашкой и вроде бы защищенное от … Continue reading Ты помнишь

Верлибр

La reine et la mort

Jan

La reine et la mortJe ne peux pas même joindre ces deux motsLa reine est morteEt pourtantIl y a quelque chose qui s’immisce là-dedansS’insère entre les deux comme un étaiLes fait violemment repousser l’un l’autreQuelque chose comme une fenêtre alluméeDans un amoncellement d’immeubles anguleuxQuelque chose comme une fente du cielDans un nuage lent rouge qui s’affaisse sur les piquesDes toits perçant les couches du bleu du pourpre et du céladonFaisant couler le vermillon et l’ocreLa reine des cieux qui change les couleursDe son royaume faisant tourner les éoliennesQui est si vaste qu’on peut aisément y mettre toute son enfanceEt si … Continue reading La reine et la mort

Мини

Королева

Jan

Королева Елизавета II умерла. Ее Величество испустили дух. Закончилось самое длинное в истории британской короны правление. Скончалась тетя с седыми буклями и добрыми тонкими губами, похожими на бабушкины. Померла, ой померла Елизавета. Елизаветы больше нету. Смешно и глупо. Находчиво и бестактно. Человечно и кликабельно. Едко и провокационно. Я могу бесконечно жонглировать этими эпитетами, как средневековый клоун на вычищенной черной чумой улице Лондона, пока мне не грохнет тяжелая дверь на мощных петлях, и десяток тускло освещенных лиц с выхваченными лучами свечей вздернутыми бровями и приоткрытыми ртами не повернется в одном движении в сторону источника звука, слишком резкого, чтобы быть случайным и … Continue reading Королева

Верлибр

Ma vie est un morceau interminable de piano

Jan

Ma vie est un morceau interminable de pianoQue jouent les doigts transparents et ductilesDe moi-mêmeD’autres personnesDes circonstances des problèmes des solutions des songesDes gens que j’aime de ceux que je haisDes vérités que je vête des mensongesDe l’héritage duquel j’essaie de m’arracherIls bougent tous d’une manière ininterrompueEn s’éloignantSe rapprochantSe rencontrantTouchant s’entremêlantPuis après une hésitation bien calculée et correspondant parfaitement à la partitionIls se séparent divaguent divorcent distendentSe désengagent désabonnent débarquent mais demeurentParties de la même figure du pianisteQui ne cesse jamais de répéter les parties dures les passages complexesFaire les mêmes erreurs recommencer dès la première mesureÀ mesureQue les touches … Continue reading Ma vie est un morceau interminable de piano

Верлибр

L’univers

Jan

L’univers, mon chéri, j’ai une chose à vous direJe vous aime, je vous aime, même si ça vous fait rireMême si ça vous fait perdre vos étoiles et vos videsLes laissant ruisseler sur mes mains lividesQue je tiens vers vous depuis mon balconVous croyant gentil pour une raison quelconqueJe vous fais une offrande me penchant dans la nuitEntachée des écrans et plaisante à l’ouïeJe m’agrippe avec force au métal de la barreEn livrant mon front pâle à vos gouttes avaresQui, sorties des nuages cabossés et hirsutesCherchent à être adoptées par une âme qui transsudeÀ travers les rayures de chair et … Continue reading L’univers

Верлибр

Les fenêtres du quartier

Jan

Les fenêtres du quartierAvec les silhouettes des habitantsComme la photo fameuse du trou noirOù tombe la lumièreDes jours d’étéDes jours d’hiverDes jours fériésDes jours ouvrésS’effondre dans le cœur de solitudeDu temps perdu et de l’espace courbéD’espaces entre les mots qui blessentEt d’intervalles avec lesquels ils vibrentTous comprimés en un seul pointLourd d’un million de soleilsD’où n’échappe rienMême les sanglotsMême les prièresMême le cliquetis d’une fluette cuillèreDans une tasse de chocolat attiédiRien sauf la radiation très faible et en faitComplètement théoriqueQui émane de la noirceur des vitresEt que tu peux parfoisDeviner dans l’oscillation d’un petit objet brillantQui semble être à l’intérieur … Continue reading Les fenêtres du quartier

Мини

Балкон

Jan

Я смотрю на фото небольшой антивоенной демонстрации на площади Хельденплац в Вене. Полусолнечный день, летящие облака, взлохмаченная зелень, нахально врывающаяся в кадр, треплются несколько штанин, гнутся несколько коленей, крутятся несколько голов, ища друг дружку в асфальтово-стеклянном объеме умеренно-жаркого центральноевропейского полудня. Облако распрямляет свои меха, разворачиваясь на просторном окоеме и выставляя на всеобщее обозрение, словно хозяин унаследованного дома дедовскую утварь на гаражной распродаже, твердую фигуру знаменитого дворца Хофбург с его еще более знаменитым балконом, откуда в 1938 году коротковатый и быстрорукий мужчина с недобрым лицом, на котором как бы застыло, изредка нарушаемое дергаными эмоциями, выражение неприязни к предложенной ему реальности, провозгласил … Continue reading Балкон